КАЗАХСТАН НА ПОРОГЕ НОВЫХ ПЕРЕМЕН
Необходимость принятия новой Конституции
Казахстан вступил в этап развития, когда изменения затрагивают политическую архитектуру государства и его институты. 2026 год становится тем рубежом, после которого идея «Нового Казахстана» будет оцениваться с точки зрения дееспособности новой Конституции, нового парламента и перестраиваемой государственной системы.
В первые шесть месяцев 2026 года политическое время в Казахстане двигалось с огромной скоростью: Президент Касым-Жомарт Токаев выступил с инициативой конституционной реформы, сформировал Конституционную комиссию, которая разработала проект Конституции. Проект был вынесен на всенародное обсуждение, принят на референдуме 15 марта и вступил в силу 1 июля. Во второй половине 2026 года Казахстан уже предпринимает последовательные шаги по «перезапуску» государственной системы в соответствии с новой Конституцией.
Впереди – назначенные на 23 августа парламентские выборы. Вместо двухпалатного парламента в результате конкурентных выборов будет сформирован однопалатный Курултай. В ближайшие несколько лет станет ясно, расширилось ли в результате этих изменений реальное пространство народного представительства или президентская власть сохранила свои устойчивые и ключевые позиции?
Согласно новой Конституции, наряду со многими другими полномочиями, Курултай может выразить недоверие правительству. Однако такое решение автоматически не приводит к отставке правительства: окончательное решение остаётся за Президентом.
В его руках также сохраняются важные рычаги прекращения полномочий правительства и освобождения министров от должности. В политологическом смысле это не децентрализация власти, а институционализация президентского доминирования, поскольку предпринимается попытка постепенно перенести логику персональной власти в поле установленных правил и процедур, что является прогрессивным шагом на пути правового государства.
Примечательно восстановление должности Вице-президента. Во многих постсоветских странах при введении и упразднении этой должности приводились в равной степени приемлемые аргументы, так чтл она не является ни панацеей, ни подушкой безопасности на случай передачи власти. По всей видимости, в Казахстане институту Вице-президента постараются придать его историческое (американское) содержание – как ключевой фигуре в архитектуре преемственности власти. А кому будет доверена эта должность и каким политическим весом будет обладать этот человек – зависит от глубины конституционной реформы.
Курултай: новый парламент с древним названием
Выборы 23 августа станут первым экзаменом для новой Конституции. 145 депутатов парламента, получившего название Курултай, будут избираться по пропорциональной системе в едином общенациональном избирательном округе. Этот принцип способен изменить саму природу политического представительства. Казахстан – одно из крупнейших по территории государств мира, и социально-экономические проблемы областей, расположенных в разных частях страны, неодинаковы.
Когда депутат, представляющий ту или иную область, избирается по общенациональному партийному списку, его связь со своей территорией естественным образом ослабевает. И возникает вопрос: если основой парламентского представительства становится партийный принцип, то кто будет представлять в парламенте проблемы и интересы регионов?
Не исключено, что этот пробел частично восполнят областные акимы, местные экономические элиты, а также сформированные ими официальные и неофициальные механизмы коммуникации с центром. Следовательно, качество работы Курултая следует оценивать не столько по количеству новых лиц, пришедших в парламент, сколько по тому, сможет ли он участвовать в формировании законодательной и контрольной повестки. Новое лицо – ещё не новая политика.
О заметных изменениях можно будет говорить тогда, когда парламент начнёт обсуждать представленные правительством законопроекты, направлять запросы министрам, требовать от них отчёта, поднимать проблемы общегосударственного характера – словом, вступать с правительством в конструктивное взаимодействие и содержательную дискуссию.
Модель управления важнее персоналий
Перед вновь избранным Курултаем правительство должно сложить свои полномочия. Уход действующего Премьер-министра Олжаса Бектенова вовсе не предопределён. Напротив, исходя из логики политической преемственности, его повторное назначение вполне вероятно – ведь основная проблема заключается не в смене персоналий. Критерием политической легитимности любого Правительства является эффективность его деятельности. Идея «Справедливого Казахстана» должна воплотиться в измеримые результаты – в уровне доходов и цен, доступности жилья, качестве дорог, водоснабжения, энергетики и государственных услуг.
В условиях ограниченной политической конкуренции доверие людей в значительной степени зависит от исполнительской способности власти. Терпеливые, но в то же время внимательные граждане Казахстана оценивают работу Премьер-министра и министров не по их красноречию, а по качеству принимаемых решений и скорости их реализации.
Казахстан в Центральноазиатской «Пятёрке»
В последние годы изменилась «политическая среда обитания» Казахстана – Центральная Азия. Некогда пять постсоветских республик постепенно обретают политическую субъектность такжк за пределами региона. Регулярными стали встречи глав государств и правительств, формируются и совершенствуются механизмы сотрудничества в сфере безопасности, транспорта, водных ресурсов, промышленности, экономики. На VII Консультативной встрече глав государств Центральной Азии (16 ноября 2025г., Ташкент) были приняты «Концепция региональной безопасности, стабильности и устойчивого развития» и «Каталог рисков безопасности на 2026-28 годы».
На этой же встрече Азербайджан присоединился к «Пятёрке» в статусе полноправного участника. Тем самым политическая география Центральной Азии фактически расширяется в сторону Каспийского моря и Южного Кавказа, новое значение приобретает Средний коридор -коммуникационная ось, протянувшаяся из Китая через Казахстан, Каспийское море, Азербайджан и Грузию к Турции и Европе. Речь идёт не только о грузоперевозках.
Постепенно меняется экономическая география Евразии, формируя альтернативный маршрут коммуникаций Восток-Запад. Армения заинтересована в этом процессе: в случае разблокирования региональных коммуникаций и формирования необходимых политических условий Армения может найти своё место в новой транспортной архитектуре, соединяющей Азию с Европой.
В «Пятёрке» особое значение имеют отношения Казахстана и Узбекистана. Долгое время Казахстан был бесспорным центром экономической тяжести региона.
Сегодня стремительно развивающийся Узбекистан с населением более 37 млн человек формируется как второй мощный полюс. Условием безопасного и благополучного развития Центральной Азии является не доминирование одной из стран, а гармоничное взаимодействие казахстанско-узбекского тандема. В 2025 году объём торговли между двумя странами достиг примерно 5 млрд долларов, и обе стороны поставили цель удвоить этот показатель. Реализуются крупные совместные промышленные, логистические и инвестиционные проекты.
Сочетание экономического, финансового, дипломатического опыта Астаны с демографическим весом, расширяющимся рынком и экономической активностью Ташкента может способствовать превращению Центральной Азии из пространства конкуренции внешних сил в регион, самостоятельно формулирующий собственные интересы и играющий активную роль в международных отношениях. Для Казахстана эта трансформация вовсе не означает утраты влияния. Напротив, она открывает возможность для нового типа лидерства, и Казахстан руководствуется принципом: «Не доминировать, а объединять».
Меняется содержание многовекторности
Самая известная характеристика казахстанской дипломатии – «многовекторность». Однако сегодня и это понятие подвергается переосмыслению. Россия, Китай, Европейский союз и США для Казахстана уже не являются четырьмя сопоставимыми векторами, поскольку характер взаимосвязей с каждым из них различен.
Россия глубоко присутствует в промышленности, торговле, транзите, ЕАЭС, исторических и человеческих связях и, разумеется, через ОДКБ. В 2025 году отношения двух стран были официально подняты до уровня всеобъемлющего стратегического партнёрства и союзнических отношений.
Китай стремительно увеличивает своё значение как рынок, источник капитала, промышленных проектов, инфраструктуры и технологий. Отношения Китая и Казахстана имеют статус вечного всестороннего стратегического партнёрства.
Европейский союз важен в сферах инвестиций, экспортных рынков, энергетики, технологий и критического сырья.
Торговый вес Соединённых Штатов сравнительно невелик, однако их геополитическое, финансовое и технологическое значение в нефтяной и других сферах несопоставимо выше.
В январе-мае 2026 года на Китай приходилось 19,9% экспорта и 28,8% импорта Казахстана, а на Россию – соответственно 8,8% и 31,6%. Эти цифры подсказывают, что сегодня многовекторность – это уже не просто политика сохранения равной дистанции от различных центров силы, а искусство управления асимметричными зависимостями. Это требует сложной дипломатической работы, и Президенту Токаеву удаётся использовать силу каждого внешнего партнёра для расширения стратегической самостоятельности своей страны.
Рост – ещё не развитие
Экономика Казахстана сегодня демонстрирует высокие темпы роста. МВФ прогнозирует реальный рост ВВП в 2026 году примерно на 4,6% и одновременно указывает на риски «перегрева» экономики, высокого внутреннего спроса, государственных и квазигосударственных расходов. Более глубокая проблема заключается в структуре экономики. В первые пять месяцев 2026 года на сырую нефть и нефтепродукты приходилось 44,6% экспорта. Среди следующих крупнейших экспортных статей – медь и медная руда.
Иными словами, для Казахстана экономическая диверсификация пока остаётся стратегической целью, но ещё не свершившимся фактом. Не разрешается и другой экономический парадокс: природные ресурсы продолжают оставаться основой развития и одновременно откладывают структурные преобразования.
Не удаётся полностью обуздать инфляцию. МВФ ожидает в 2026 году инфляцию на уровне около 10%. Высокие процентные ставки – удорожание кредитования – необходимы для сдерживания инфляционного давления, однако в то же время затрудняют привлечение финансовых ресурсов для нужд частного бизнеса.
Поэтому критерием реальной экономической реформы является не очередной высокий показатель ВВП, а то, способен ли Казахстан направить нефтяные доходы на развитие новых производств с высокой добавленной стоимостью, технологий и конкурентоспособного частного сектора? Казахстан располагает огромной территорией, природными ресурсами, исключительным географическим положением, человеческим капиталом и растущим цифровым потенциалом.
Однако в XXI веке природные ресурсы-это возможность, которую ещё предстоит реализовать. Реальная конкурентоспособность страны будет определяться тем, насколько эффективно она сможет добывать и перерабатывать богатства недр и превращать эти блага в современную экономику, сильные институты и технологическую самостоятельность.
От технологической модернизации к цифровому суверенитету
Амбиции Казахстана в сфере искусственного интеллекта и цифровизации не следует рассматривать как дань современной технологической повестке. Проблема значительно глубже. В ближайшее десятилетие конкурентоспособность государства будет определяться не только нефтью, редкоземельными металлами или коммуникационными маршрутами, но и данными, вычислительными мощностями, собственными цифровыми платформами, кибербезопасностью и способностью применять искусственный интеллект.
Казахстан уже обладает важными стартовыми преимуществами: развитым электронным правительством, современной системой цифровых банковских и финансовых услуг, центром технологических компаний Astana Hub, обществом, активно пользующимся цифровыми услугами, и властью, рассматривающей эту сферу в качестве государственного приоритета.
Задача Казахстана состоит не просто в цифровизации. Речь идёт о сохранении цифрового суверенитета в условиях открытой технологической экономики. Именно здесь баланс между Китаем, США, Европой и собственными технологическими возможностями становится вопросом национальной безопасности.
Главное – обеспечение стабильности и безопасности
Трагические события января 2022 года стали для политической системы Казахстана тем, что в политологии называют испытанием на прочность. Выяснилось, что в недрах внешне стабильной системы накопились социальные, региональные, внутриэлитные напряжения.
Конституционные и другие системные реформы следует рассматривать и в свете этого испытания! Новая Конституция, Курултай, Народный совет, институт Вице-президента и цифровизация управления – не отдельные инициативы. В совокупности они способны сделать государственную систему более предсказуемой и устойчивой к кризисам.
Очевидно, что стабильность и неподвижность – разные состояния. Временное отсутствие противоречий также не является доказательством стабильности. В долгосрочной перспективе устойчивой является та система, которая способна выявлять, обсуждать и разрешать противоречия до того, как они cтанут неуправляемым кризисом.
Опыт дружественного Казахстана полезен для Армении прежде всего с точки зрения рациональности перемен. В казахстанской политической культуре реформы воспринимаются не как абсолютное отрицание прежней системы, а как постепенное совершенствование и модернизация государственных институтов посредством новых механизмов представительства и контроля – без нарушения управляемости и гармонии между элементами системы.
В логике эволюционного развития трансформируются и другие государства Центральной Азии. Они постепенно перестают воспринимать себя исключительно как пространство конкуренции России, Китая и Запада и всё больше выступают с позиции региональной силы, самостоятельно формулирующей собственные интересы и приоритеты. Для Армении этот опыт – хороший повод задуматься о том, что сила государства определяется не давлением, резкими и эффектными поворотами, а способностью создавать и приводить в действие жизнеспособные и работающие институты.
В современном Казахстане сочетается редкий набор стратегических преимуществ: неисчерпаемые природные ресурсы, огромная территория, выгодное географическое положение между Европой и Азией, стратегическое партнёрство с Россией и Китаем, шанс стать центром региональной консолидации в Центральной Азии, доступ к западному капиталу и технологиям, развивающаяся цифровая инфраструктура.
Однако геополитика предоставляет возможности, но не гарантии. Если Конституция превратится в реально действующие политические правила, Курултай – в подлинный представительный орган, природные ресурсы – в современную и диверсифицированную экономику, цифровизация повысит эффективность, а многовекторность – степень стратегической самостоятельности, тогда 2026 год станет началом нового этапа развития Казахстана.
АРА СААКЯН
