Армения на фоне фрагментации ЕС и слабости ЕАЭС: интервью Армена Ашотяна

Армения на фоне фрагментации ЕС и слабости ЕАЭС: интервью Армена Ашотяна

В мировой политике происходят процессы, которые еще 10−15 лет назад казались невозможными. Это все более явные признаки фрагментации Европейского Союза после Brexit (выхода Великобритании из ЕС). Недовольство механизмами НАТО со стороны новой администрации США. На самом высшем уровне говорится о необходимости переформатирования альянса, поскольку он представляет собой «устаревшую организацию». Рассыпается сформированный после распада СССР однополярный миропорядок. Безопасность постепенно перестает быть объектом коллективной защиты. О важности строительства новой архитектуры глобальной безопасности говорят многие, но на данный момент наиболее действенными механизмами являются ситуативные союзы и точечные договоренности между отдельными государствами. Эти договорённости обусловлены раскладом сил в строго определенном регионе на конкретный период времени. Например, на Ближнем Востоке Турция, можно сказать вне формата НАТО, тесно сотрудничает с Россией и Ираном. Более того Анкара здесь часто действует против интересов своего военно-политического союзника по НАТО — США.

До сих пор, помимо гарантий безопасности, обеспечиваемых со стороны России, Армения рассматривала и механизмы НАТО в качестве сдерживающего фактора региональных амбиций Турции. Хотя в свое время специальный представитель НАТО на Южном Кавказе Роберт Симонс на прямо поставленный вопрос — способно ли НАТО гарантировать, что Турция никогда не нападет на Армению, дал отрицательный ответ. Война в Сирии и действия Турции в этом регионе лишний раз подтвердили, что НАТО-вская «смирительная рубашка» явно маловата для Анкары.
Кроме того, для Армении могут возникнуть новые политические и экономические риски при обострении отношений между США и Ираном. Месседжи администрации Трампа по возможному пересмотру ядерной сделки с Тегераном свидетельствуют как раз об этом.

С другой стороны, в незавидном положении находится и Евразийский экономический союз (ЕАЭС), куда вступила Армения два года назад. Еще в процессе формирования ЕАЭС столкнулся с кризисом, поскольку экономика основного спонсора организации — России после западных санкций и обвала цен на энергоресурсы пребывает в рецессии. В настоящее время Россия способна влиять на климат мировой политики, поскольку, как это ни парадоксально, действует в логике глобальной неопределенности. Москва пошла на неожиданные резкие действия, фактически вступив в сирийскую войну на стороне правительства этой страны и президента Башара Асада.

О возможных внешнеполитическх шагах Армении на фоне возникающих угроз, корреспондент EADaily побеседовал с заместителем председателя правящей Республиканской партии Армении (РПА), который также отвечает за блок внешних связей в партии власти, Арменом Ашотяном.

-Г-н Ашотян, с какими рисками сегодня столкивается наш регион, и можно ли как-то обрисовать место Армении в текущих глобальных процессах?

— Действительно, на геополитической карте мира происходят тектонические сдвиги. Лишь на первый взгляд эти изменения кажутся хаотичными, однако, на самом деле, они — последствия недостатков действующей модели международных отношений. Сформированный после распада СССР однополярный мир не мог долго существовать в нынешнем виде по трем причинам. Первое, одна страна не может надолго брать на себя единоличную глобальную политическую и экономическую ответственность.

Второе, внешняя политика также становится ассиметричной, и размеры страны, ее ВВП и экономическая мощь не всегда являются определяющим фактором в глобальной или региональной политике. Например, террористическое так называемое «Исламское государство», многократно уступающее по экономической и военной мощи борющимся с ним странам и коалициям, все же контролирует существенные территории на Ближнем Востоке. А окончательная победа над ним еще не видна. С этой точки зрения, асимметрия геополитики является главным вызовом прогнозируемости международных отношений.

Третье, в международных отношениях помимо государств стали серьезными факторами транснациональные корпорации, транснациональные НПО, действующие по сетевому принципу транснациональные террористические организации и пр. Таким образом, на международную политическую повестку влияют не только государства, но и внегосударственные организмы. Под влиянием указанных трех факторов прогнозируемый и в каком-то плане комфортный для многих миропорядок переходит в непрогнозируемую и некомфортную фазу развития. Однако здесь следует быть осторожными, чтобы вместо полицентричного миропорядка мир не окунулся в полицентричный хаос. Для этого необходимо, чтобы все акторы данного процесса адекватно восприняли меняющуюся реальность международных отношений.

-Какие сюрпризы таит данная ситуация для Армении и региона Южного Кавказа? К чему должен быть готов Ереван?

— Для Армении возникают серьезные вызовы, поскольку существующее по сей день международное правовое поле не всегда будет работать. Гарантом безопасности уже не являются международные конвенции и структуры, не будут и работать ссылки на Брюссель, Вашингтон и Москву. Международные структуры также сталкиваются с проблемами развития и трансформации. Например, сейчас мы видим, как неконструктивное поведение Азербайджана ставит под вопрос дельнейшую деятельность миссии ОБСЕ в Армении.

Мы наблюдаем, как на фоне череды коррупционных скандалов разваливается площадка Совета Европы. С точки зрения обеспечения безопасности уповать исключительно на международные структуры и сообщество в корне ошибочно. В этом плане вполне логично, что внешнеполитический вектор Армении в первую очередь нацелен на обеспечение безопасности страны, а уже потом на развитие экономики и пр. В связи с этим понятно, что когда мировые процессы заходят в зону турбулентности, некоторые региональные игроки попытаются воспользоваться ситуацией. Еще 10 лет назад невозможно было представить, что турецкое руководство безнаказанно может сотворить то, что оно сейчас делает внутри своей страны — жесткое ограничение политических и гражданских прав, а также невероятное количество политических заключенных.

Эрдоган не боится Вашингтона и Брюсселя, которые в прошлом были сдерживающими факторами для Анкары. Аналогичное поведение Турции наблюдается не только внутри страны, но и за ее пределами. На этом фоне, если рассмотреть процесс разрешения нагорно-карабахского конфликта, очевидно, что существенно повышается вероятность возобновления военных действий со стороны Баку. Когда не работает или разваливается архитектура прежнего миропорядка, повышается соблазн на локальном и региональном уровне решать какие-то вопросы путем применения силы.

Этому будет способствовать также серьёзнейший социально-экономический кризис в Азербайджане из-за падения цен на энергоресурсы, и ситуация может развиваться по двум сценариям. Первое, перерастание социально-экономического протеста в какие-то революционные процессы. Второе, авторитарное руководство Азербайджана путем демонизации образа внешнего врага будет выплескивать эту энергию за пределы государства.

-Смотрите, в настоящее время говорится о возможности переформатирования таких структур, как НАТО и ЕС. В США уже свободно говорят о возможности развала Североатлантического альянса. Армения сотрудничает с обеими структурами. Более того, Ереван рассматривает НАТО как сдерживающий фактор для Турции. С другой стороны Армения является членом ЕАЭС, который еще в процессе формирования столкнулся с кризисом внутреннего обустройства. Какие выводы из всего этого делает Армения, адекватны ли ее шаги новым реалиям?

— Да, есть проблемы в этих структурах. Есть и проблемы в ЕАЭС, особенно в России. Российская экономика сильно отстает от политических амбиций Москвы. Это все ведь недостатки прежнего миропорядка, который особенно на европейском континенте строился на противоречиях. Смотрите, прежняя Европейская комиссия, которую возглавлял Жозе Мануэль Баррозу, представила проект «Восточное партнерство» ЕС как политический процесс, направленный против интересов России. Это стало основной причиной неудачи данного проекта. В противном случае страны-участники «Восточного партнерства» могли бы стать площадкой сотрудничества между Россией и ЕС. Прежние чиновники ЕС пошли по другому пути, и проект не достиг поставленных целей, а ассоциировавшиеся с ЕС три государства (Грузия, Молдова и Украина — ред.) по крайней мере до сих пор не получили те дивиденды, на которые изначально рассчитывали. Речь идет о сложившихся в этих странах военно-политических и социально-экономических реалиях.

Свои проблемы имеет также Евразийский экономический союз. Очевидно, Армения присоединилась к нему под влиянием российского фактора. Основной причиной вступления Армении в ЕАЭС была безопасность. Экономика ведь тоже нуждается в безопасности. Однако ЕАЭС — не монолитная структура, и в институциональном плане он еще не завершил свое формирование. Между тем экономические проблемы стран-участниц ЕАЭС влияют на всеобщее экономическое пространство.
Из всего этого можно сделать вывод, что строить политику на противоречиях нельзя, так как страны, оказавшиеся в эпицентре геополитических страстей, безусловно, несут потери, а стороны геополитического клинча не достигают своих целей.

С другой стороны, политически мотивированное поглощение всё новых стран в ЕС и НАТО, что имело место в 2000 гг., без учета социально-экономических реалий, тоже чревато последствиями. Нынешние вызовы ЕС — следствие прежней политики. Наблюдающийся в настоящий момент рост правых популистских сил в европейских странах является причиной допущенных ошибок в социальной, экономической и миграционной сферах. Проблема в том, что европейские ценности в настоящее время стали больше медийно-пропагандистскими штампами, нежели реальными инструментами для повышения уровня благосостояния и безопасности граждан этих стран. И в тех странах, где наблюдается существенный разрыв между анонсируемыми ценностями и реальным положением дел, начинается кризис. На этом фоне создаются альтернативные, порой радикально настроенные политические течения, которые требуют перемен.

Наивно злорадствовать на текущие неудачи того или иного геополитического центра. Тем более, что Армения должна быть заинтересована в стабильной и процветающей России, сильном Европейском союзе и влиятельных Соединенных Штатах. Ведь в истории нашего региона не было так, чтобы длительное время доминировал лишь один геополитический центр.

-Около трехсот лет доминирования Российской Империи и 70 лет СССР мало?

-Не все так однозначно. На самом деле, регион в прошлом был в эпицентре борьбы интересов Российской Империи, Османской Империи и Персии. Мы потом увидели, к чему это все привело, и какие региональные мины были заложены. В настоящее время и, особенно в будущем, с учетом регионального антуража безопасности, для внешней политики Армении недопустимо облуживание интересов какого-либо государства или геополитического центра. В противном случае, у нас могут возникнуть крупные проблемы, с которыми справляться будет очень непросто. Внешняя политика Армении базируется на ее национальных интересах и направлена на их защиту. Ответом Армении на существующие риски и угрозы в регионе должно быть формирование сильного государства и организованного общества. Краеугольную роль здесь должна играть армянская армия.

-А где же это сильное государство с организованным обществом? Миграция из Армении в годовом разрезе составляет больше 40 тысяч человек, экономика в прошлом году выросла лишь на 0,5%. Насколько сопоставим потенциал сегодняшней Армении, как государства и общества, с описанными региональными угрозами?

-Сильное государство нужно строить, а это постоянный процесс. Основой для сильного государства является новая Конституция Армении, согласно которой страна переходит от нынешней полупрезиднтской модели к парламентской форме правления. То есть, в стране устанавливается более инклюзивная для политических сил и граждан модель правления. Может быть, парламентскую республику с точки зрения оперативности чуть сложнее управлять (хотя и этот вопрос можно решить юридическими механизмами), но в плане стратегической глубины свободные общества более сильны, чем общества по размерам ВВП трижды превышающие Армению, но страдающие от деспотии и диктатуры.

Что касается существующих социально-экономических проблем, то скажу, что их следует решить путем реформирования политической системы на основе новой Конституции. Это наше видение будущей Армении. Только экономические реформы не могут быть эффективными. Есть, конечно, нереализованный потенциал армянской диаспоры. Необходимо пересмотреть философию отношений с ней. В этом процессе должны участвовать все общественные и политические группы. Это не только задача государства. В этом плане ожидающиеся в апреле парламентские выборы должны быть настолько справедливыми и транспарентными, чтобы положить основу для общенациональной консолидации. У нас другого выхода нет. Нет альтернативы. Просто нельзя сейчас расслабиться и надеяться, что когда-нибудь Южный Кавказ станет зоной мира и процветания. Мы должны продолжать строить сильное государство и армянское политическое пространство. Почему пространство, поскольку туда входит и Республика Арцах (Нагорно-Карабахская Республика — ред.).

-В каком случае Армения может рассмотреть вопрос об отказе от Ассоциации с ЕС? Можно ли ожидать такое развитие событий?

-А смысл? Конечно, у всех надгосударственных организаций есть свои внутренние проблемы. Я не рассматриваю ЕС в качестве панацеи для всех наших национальных и государственных бед. Однако таковым не является также ЕАЭС. Мы выстраиваем внешнюю политику на основе честного и открытого диалога со своими партнерами. У ЕС есть проблемы — начиная от Bexit-а и заканчивая миграционным и долговым кризисами. Между тем Европейский Союз продолжает оставаться крупным экономическим игроком. С другой стороны, как мы, так и Россия в цивилизационном и ценностном плане тяготеют к Европе. Зачем отрекаться от нее? Европа и ЕС — ведь разные понятия. Для меня Армения и Россия тоже Европа.

Беседовал Аршалуйс Мгдесян, специально для EADaily

Newsfeed